Сэмюэль Дилэни - Вавилон - 17 [Вавилон - 17. Нова. Падение башен]

Ознакомительный фрагмент

Последние слова выскочили, как бродяги из товарного вагона. Она стояла перед ним, она была великой, а он, оторванный от привычной военной жизни, чувствовал себя таким одиноким, и он был отчаянно влюб… Нет!

Это невозможно, это отвратительно, это слишком просто для объяснения того, что происходит в его мозгу, что пульсирует в его жилах.

— Выпьем еще?

Автоматическая защита. Но она приняла ее за автоматическую вежливость. Бармен подошел, отошел.

— Миры пяти галактик, — повторила она. — Удивительно, ведь мне всего двадцать шесть…

Глаза ее остановились на чем-то невидимом. Она не выпила еще и половины первой порции.

— В вашем возрасте Ките был уже мертв.

Она пожала плечами.

— Это странное время. Оно выдвигает героев так быстро, внезапно и так же быстро и внезапно убивает их.

Он кивнул, вспомнив с полдюжины певцов, актеров, даже писателей, которые в конце второго или начале третьего десятилетия объявлялись гениями, чтобы исчезнуть через год, два, три. Ее репутация удерживается очень долго.

— Я принадлежу своему времени, — сказала она. — Я хотела бы вырваться за его пределы, но время не пускает меня. — Руки ее оторвались от гладкой поверхности стакана. — Вы, в армии, должны испытывать то же самое, — она подняла голову. — Дала ли я вам то, чего вы хотели?

Он кивнул. Легче было солгать жестом, а не словом.

— Хорошо. Теперь, генерал Форестер, расскажите мне о Вавилоне-17.

Он оглянулся в поисках бармена, но сияние вернуло его взгляд к ее лицу. Это была просто улыбка, но краем глаза он принял ее улыбку за вспышку света.

— Возьмите, — сказала она, подвигая к нему свой стакан.

Он отхлебнул.

— Захват, Мисс Вонг… Это связано с Захватом.

Она подперла голову рукой, глаза ее сузились.

— Это началось с серии несчастных случаев — точнее, они казались несчастными случаями, теперь мы уверены, что это диверсии. Они происходят на всем пространстве Союза с шестьдесят восьмого года. На боевых кораблях, на базах космического флота… Обычно не срабатывает самое важное оборудование. Дважды взрывы привели к гибели крупных правительственных деятелей. Несколько раз эти «случаи» происходили на предприятиях, производящих важную военную продукцию.

— Что же объединяет все эти «случаи» — кроме того, что они связаны с войной? При современном развитии экономики любой инцидент в промышленности нетрудно связать с войной. При современном развитии экономики.

— Их объединяет Вавилон-17.

Он смотрел, как она допивает свою порцию и аккуратно ставит стакан.

— Накануне, во время и сразу после каждого происшествия пространство заполняется радио переговорами из неизвестных источников, некоторые из них отстоят на сотни ярдов, но встречаются и такие, которые доносятся через световые годы. Во время последних трех «случаев» мы записали эти радиопередачи и дали рабочее название — Вавилон-17. Вот. Сможете ли вы из этого что-нибудь извлечь?

— Но ведь можно найти того, кто передает эти радиоинструкции для саботажа…

— Мы ничего не можем найти! — в его голосе прорвалось раздражение. — Нет ничего, кроме этого проклятого бормотания! Криптографы потратили много сил, но целый месяц ничего не могли сделать, поэтому мы и обратились к вам.

Продолжая говорить, он заметил, что она задумалась. Наконец она произнесла:

— Генерал Форестер, мне нужен оригинал записей этих радиопереговоров плюс полный отчет, если можно, секунда за секундой, обо всем, происходившем во время «случая».

— Не знаю…

— Если такого отчета нет, постарайтесь составить его во время следующего «случая». Если этот радиохлам представляет собой разговор, обмен репликами, я сумею выяснить, о чем идет речь. В той копии, которую мне передал криптографический отдел, нет обозначений, кому принадлежат реплики. Нет даже пауз. Простая техническая запись.

— Я могу дать вам все, кроме оригинала записи…

— Это необходимо. Я должна сама составить транскрипцию, тщательно, со всеми обозначениями.

— Мы сделаем для вас перезапись по вашим указаниям.

— Я должна все проделать сама, иначе я ничего не смогу обещать. Проблема заключается сейчас в распознавании фонематических и аллофонических противопоставлений. Ваши люди даже не поняли, что это язык, поэтому эта проблема их не заинтересовала…

Он прервал ее:

— Что за противопоставления?

— Вы знаете, что некоторые люди азиатского происхождения путают «р» и «л», когда говорят на западных языках? Это потому, что в западных языках это разные фонемы, а восточные люди на их месте слышат и пишут одно и то же. Так вот, вопрос в том, чтобы правильно затранскрибировать язык, на котором не говоришь. Можно ведь просто не услышать различий, которых нет в собственном языке.

— А как вы собираетесь сделать это?

— Используя свои знания звуковых систем множества языков, а так же при помощи чутья.

— Опять профессиональное мастерство?

Она улыбнулась.

— Я надеюсь.

Она ждала его одобрения. Но что он должен был одобрить?

— Конечно, мисс Вонг, — сказал он. — Вы наш эксперт, приходите завтра в криптографический отдел и получите все необходимое.

— Спасибо, генерал Форестер. Я направлю вам свой официальный доклад.

Он стоял неподвижно, окаменев от ее улыбки. «Я должен идти, — в отчаянии подумал он. — О нет, сначала нужно что-то сказать».

— Хорошо, мисс Вонг. Потом мы еще поговорим…

Что-то еще, что-то…

Он начал поворачиваться (я должен отвернуться от нее, надо сказать еще спасибо… спасибо…). Подошел к двери, по-прежнему размышляя: кто она? О, что-то я должен сказать. Я груб, властен, я военный. Но богатство мыслей и слов отдано ей. Дверь раскрылась, и вечер опустил ему на глаза свои синие пальцы.

«Боже, — подумал он, — все это во мне, а она не знает! Я не могу это выразить!»

Ридра встала. Ухватившись руками за стойку, она смотрела в зеркало. Подошел бармен, чтобы унести стаканы. Он нахмурился:

— Мисс Вонг?

Лицо ее было напряжено.

— Мисс Вонг, вы…

Костяшки ее пальцев побелели, и бармен видел, как белизна ползет по ее рукам, пока они не стали как восковые.

— Вам плохо, мисс Вонг?

Она повернулась к нему.

— Вы заметили?

Голос ее был резким, хриплым, саркастическим, напряженным. Она оттолкнулась от стойки и подошла к двери, закашлялась, остановилась и вышла.

— Моки, помогите мне!

— Ридра? — Доктор Маркус Тмварба оторвался в темноте от подушки. В дымном свете над постелью появилось ее лицо. — Где вы?